Вторник, 20.02.2018
Народный собор
Меню сайта
Категории раздела
Мои статьи [23]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Главная » Статьи » Мои статьи

Олег Иванов: С тревогой о будущем…


На прошедшем в минувшее воскресенье у Храма Христа Спасителя молитвенном стоянии Патриарх Кирилл провел две параллели к событиям, которые сотрясают сегодня общество, смущают умы и восстанавливают людей против православия.

Одна тянется к событиям двухтысячелетней давности, а другая – к гонениям на церковь в 20-е гг. XX века.

Предстоятель Русской православной церкви напомнил, что с самого начала проповеди Иисуса Христа Его окружала атмосфера неприязни и клеветы. Элита израильского народа поначалу пыталась умалить значение Христа, потом опорочить Его имя. А закончилась травля Спасителя тем, что, опасаясь роста Его популярности и влияния среди народа, фарисеи оклеветали Его и предали мученической смерти.

Избранная тогдашней еврейской элитой стратегия напоминает манипуляции массовым сознанием, которые с ловкостью фокусников проворачивают пиар-технологи, натравленные на православную церковь. Атеистическими и антиклерикальными настроениями неожиданно дружно и шумно забурлила блогосфера, обгладывающая до косточки любой информационный повод, бросающий тень на церковь в ее человеческом измерении, т.е. на священнослужителей. И было бы наивно полагать, что ернический тон, которым подаются даже самые нейтральные новости о православной церкви, появляется сам собой у одних и тех же телеканалов, радиостанций, Интернет-изданий, газет. Соответствует ли нарочито уничижительное отношение к религии мировоззрению значительной части журналистского сообщества, либо таковы корпоративные правила игры, которым подчиняются сотрудники того или иного СМИ, – вопрос особый, но в данном случае не принципиальный. Потому что эффект концентрированных информационных атак выдался оглушительным вне зависимости от степени ангажированности средств массовой информации. Одичание общества выразилось не столько в антицерковном кликушестве и потоке хулы и проклятий, сколько в кощунственных актах, которые так живо напомнили всем собравшимся у Храма Христа Спасителя о том, что творилось в Советском союзе в 20-30 гг. прошлого века. Во время молебна у ворот храма были выставлены святыни, подвергшиеся осквернению после того, как участниц группу Pussy Riot объявили мученицами либерализма и часть общества их активно поддержала: поклонный крест из Покровского кафедрального собора Невинномысска Ставропольского края, иконы из храма Прокопия Праведного (Великий Устюг). Как страшно было взирать на плоды святотатства, совершенного теми, кого ничему не научил опыт 90-летней давности!

Конечно, масштаб нынешних кощунственных действий несопоставим с тем, который они получили в 20-е гг. XX века. Но от этого они не менее симптоматичны. Надругательства над святынями таят не столь очевидную, как 90 лет назад, но не менее грозную опасность, потому что, как отметил Патриарх, кощунственный акт «предлагается рассматривать как законное проявление человеческой свободы, как то, что должно защищаться в современном обществе».

В качестве демонстрации невежественности отца Всеволода (Чаплина) либеральная общественность любит приводить его высказывание о том, что «Моцарт – это Бритни Спирс своего времени». Не столь любима означенной частью аудитории иная цитата, прозвучавшая, кстати, на том же круглом столе «Церковь и современное искусство» (он прошел менее месяца назад в галерее Марата Гельмана). Художник Анатолий Осмоловский назвал тогда кощунственную акцию Pussy Riot «божественным явлением», которое в период застоя становится откровением. Музыкальные суждения отца Всеволода производят странное впечатление и скорее выглядят как неудачная попытка эпатажа, а вот Анатолий Осмоловский, кажется, действительно верит, что ультрарадикальное проявление свободы, иными словами, наглая разнузданность, и есть явление божественного порядка. За его словами стоит то, о чем говорил Патриарх Кирилл, – не просто вседозволенность (она была уделом XX века), а желание получить общественно признанное право на вседозволенность. Об этом фактически идет речь в проекте нового закона о культуре, где предусматривается защита государством свободного проявления любого мировоззрения. Неудивительно, что споры об этом законе в последнее время не утихают.

Самыми сильными козырями в рукаве злопыхателей против церкви являются факты нарушения священнослужителями оберегаемых ими же самими заветов. Именно на это противоречие между содержанием православного учения и его исполнением напирают критики (если попытаться сформулировать их позицию максимально общо и корректно). Если, будучи монахом, Патриарх должен соблюдать обет нестяжательства, почему он носит часы стоимостью 30 тыс. евро, да еще и пытается скрыть этот факт? Под эту марку подверстываются похожие претензии по поводу дорогих авто, домов митрополитов и прочее. Как правило, это вопросы чисто имущественные, как, например, нашумевшее дело о квартире Патриарха в доме на набережной.

Многие ситуации и в самом деле не красят ни священнослужителей, ни церковь как социальный институт. Но в отличие от католичества, где Папа Римский объявляется безгрешным, т.е. принципиально не способным совершить неправое деяние, в православии никто не застрахован от греха – ни обычный смертный, ни Патриарх. Возможно, он и осознает свою вину, но, как правильно сказал актер и режиссер Николай Бурляев, он ответствен перед Богом и своей совестью, и исповедоваться в грехах должен только своему духовнику. В молебне, прочитанном возле Храма Христа Спасителя, фактически прозвучало признание в том, что Бог попустил осквернение святынь за грехи всей церкви, т.е. и церковного общества, и священноначалия. Это ли не раскаяние?

Антицерковный пиар, как любая манипуляционная технология, нападая на одно, метит в другое. Целенаправленно или непроизвольно, но критика отдельных поступков частных представителей церкви (пусть этот представитель и первоиерарх) оборачивается подрывом всего религиозного мировоззрения. Вместе с водой выплескивается ребенок, и у людей, легко поддающихся внушению (а их большинство), возникает сомнение в ценности святынь, оберегаемых церковью. К числу этих святынь относятся не только иконы или церковная утварь, но и сама вера в Бога, в спасение через Иисуса Христа. Стоит ли удивляться, что в атмосфере ненависти к церкви вспыхивает мрачным светом и «панк-молебен», и удары ножом по лику Спасителя?

В сущности, нападки на церковь обличают в антиклерикалах наивных романтиков. Идеал веры, оберегаемый внутри церковной ограды, – это цель, к которой стремятся, но в земной жизни никогда не достигают. Ни один монах или священник не может претендовать на духовное совершенство. А настоящие святые о своем совершенстве даже и не подозревают, смиренно почитая себя за великих грешников. Но, как бы несовершенна ни была церковь в любой из периодов своего существования и как бы ни вели себя священнослужители, никто, кроме церкви, не хранит и не оберегает учение Христово, чистоту Его проповеди, божественного знания и святости.

Кампания против Патриарха Кирилла напоминает один из эпизодов в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы». За праведную жизнь и кротость старца Зосиму все почитали святым и ждали, что он будет прославлен сразу после смерти и его тело не подвергнется тлению. Ждали чуда. Но когда оно не совершилось, многие ударились в иную крайность и стали извергать хулу на Бога и самого усопшего старца. Злость людей вызвало то, что их ожидания не совпали с действительностью, как будто сама праведная жизнь уже не признак избранности, отмеченности Богом. Неужели служения Патриарха Кирилла недостаточно, чтобы оценить его духовный облик и не подвергаться манипуляциям его ненавистников?

По-видимому, многие из тех, кто пришел на стояние к главному храму страны, ожидали от молебна чего-то большего – политической подоплеки, обличений, лозунгов, призывов. Страстность патриаршей речи внушала мысль, что Предстоятель Православной церкви вот-вот произнесет нечто резонансное, политически окрашенное. Но нет, целью массового молебна, вопреки убежденности некоторых скептиков в слиянии церкви и государства, была не пропаганда, а молитвенное предстояние, в руках у его участников были не плакаты, а иконы и хоругви, а речь шла не о порицании, а о покаянии.

«Мы пришли для того, чтобы помолиться Богу о стране нашей, о народе ее, чтобы больше никогда и ни при каких условиях не был взорван Храм Христа Спасителя, не были осквернены наши святыни, не была оболгана наша история, не был извращен наш дух и наша нравственная сила. Мы собрались, чтобы помолиться также о молодежи нашей, чтобы Господь оградил ее от диавольских искушений, соблазнов, внушений, на которые уже оказался когда-то таким падким наш народ, погубивший и страну, и сам себя».

Такими словами завершал Патриарх Кирилл свою взволнованную проповедь. А в это время неподалеку от Храма Христа Спасителя гудел карнавал: та самая молодежь, о которой с тревогой говорил Патриарх, нескончаемой, густой толпой шествовала по Арбату в чудаковатых костюмах, шутила, смеялась и – пускала мыльные пузыри...

С уважением, Олег Иванов, Исполнительный директор Ассоциации "Совет муниципальных образований Московской области", член Общественной палаты Московской области, заслуженный юрист Московской области.

Категория: Мои статьи | Добавил: соратник (30.04.2012)
Просмотров: 596 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Поиск
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Copyright MyCorp © 2018
    Бесплатный хостинг uCoz